Эра надежды. Лечение рака

Лечение лейкоза

Историю лечения лейкоза доктор медицинских наук Август Михайлович Гарин (и не он один) подразделяет на три периода:

а) эра отчаяния,

б) эра облегчения,

в) эра надежды.

Рак крови еще сравнительно недавно совершенно не поддавался лечению. Говорить о хирургии здесь бессмысленно. Лучевые методы недостаточно оправдали себя. Конец «эры отчаяния» наступил на исходе сороковых годов, когда в борьбе с острым лейкозом были испробованы химические препараты.

Химиотерапия, которой даже энтузиасты, провидцы будущих ее успехов, в настоящем отводят лишь скромное третье место в арсенале онкологии, стала главным оружием в противолейкозной борьбе (в этом смысле лейкозная клиника в какой-то мере прообраз будущего). Но прежде чем «эра облегчения» сменилась «эрой надежды», прошло полтора десятилетия.

Медики накапливали опыт и препараты. К середине шестидесятых годов они располагали уже целым набором средств и испытали комбинированные, многопрепаратные схемы лечения. От этих комбинаций и ведется отсчет «эры надежды».

Рассказывая о лечении лейкоза лекарственными средствами, доктор Надежда Викторовна Хватова из клиники профессора Юрия Ивановича Лорие говорит о пожаре, который необходимо погасить без промедления, о срочной гематологической помощи, об идее залповых ударов. Это какая- то особая, необыкновенная, яростная терапия. Без ножа, но с остротой хирургии.

Первопричина рака ни в одном случае так не близка к разгадке, как при лейкозе. Кажется, вот-вот исследователи — в первую очередь группа профессора Б. А. Лапина в сухумском Институте экспериментальной патологии и терапии или группа профессора О. Г. Анджапаридзе из Московского института вирусных препаратов — заполучат в руки вирус человеческого лейкоза.

Клиницисты из Института онкологии давно и с интересом сцедят за этой работой и, мало того, по мере сил способствуют ей, снабжая, например, обезьян лейкозной кровью. Однако это «вот-вот», по мнению медиков, может растянуться на годы, а пока вирус не выделен, он журавль в небе. Психологически для медиков куда значимее выздоравливающие больные.

Специалисты склонны относить счастливую судьбу этих людей за счет иммунологических особенностей их организма. Каких именно — пока совершенно неясно. Однако это лишний раз напоминает о необходимости щадить «естество» — иммунные силы, во всяком случае, щадить, а еще бы лучше использовать их в борьбе с недугом.

«Проблему иммунотерапии острого лейкоза следует признать весьма перспективной»,— заключает профессор Лорие описание практических попыток в этом направлении, предпринятых французским профессором Матэ.

Что же сделал профессор Матэ? Объяснил недостаточность химиотерапии и призвал «естество» ей на помощь, предварительно активизировав его.

Для полного искоренения лейкозного процесса необходимо уничтожить все злокачественные клетки крови до единой, ибо простой подсчет показывает, что требуется всего лишь около полугода, чтобы потомки единственной недобитой клетки вновь распространились по всему кровотоку.

Через полгода одна клеточка, которую не выловишь никакими исследовательскими методами, превращается в тысячу миллиардов — в триллион.

Лекарственный залп способен снизить количество злокачественных клеток до десяти тысяч (увы, тоже далеко не всегда). Но если это удалось, зачистка последних десяти тысяч клеток, на взгляд профессора Матэ,— дело иммунных сил.

Что он и показал на примере пяти своих пациентов, живущих уже несколько лет без какого-либо поддерживающего лечения.

…Статья Юрия Ивановича Лорие датирована 1969 годом. С тех пор, однако, в попытках иммунотерапии лейкоза заметных сдвигов не произошло. А вот лекарственный залп удалось усовершенствовать, и притом ощутимо.

Уже не единицы, а — сошлемся на авторитет доктора Фрэнка Раушера, директора Национального института рака США,— приблизительно половина детей больных так называемым лимфобластным острым лейкозом живет длительное время или даже выздоравливает, вылечивается от него.

И вот что интересно. К такому результату привело не открытие каких-то особых «ультра препаратов». Высокой «меткости» залпа удалось достичь путем подбора наилучшей схемы лечения.

Проще говоря, медики научились в ходе широких клинических экспериментов лучшим образом дозировать и сочетать уже, в общем-то, известные средства. Такой несомненный успех химиотерапевтов ничуть, тем не менее, не ослабляет надежд на будущее иммунотерапии.

Возможно, сама успешность лечения объясняется именно союзом с иммунными силами организма. Дело в том, что новые химиотерапевтические схемы основаны на идее прерывистости лекарственных ударов, периодического усиления и ослабления воздействий. Не исключено, что эффект как раз от того и зависит, что в перерывах успевают восстановиться собственные защитные силы, подавляемые в момент удара.

• Эра надежды. Вакцина от рака
• Эра надежды. Вирусогенетическая теория происхождения рака
• Эра надежды. Сарколизин: наступление на рак
• Голод помогает справиться с болезнями
• Гематология. Гемоглобин